"Хитрость моя удалась, - думала графиня: - ему досадно... ему очень досадно!"
Леонин стоял у ее стула.
- Графиня, - сказал он, - вы со мною танцевать больше не будете?
- Попурри хотите?.. - сказала она.
"Я счастлив, неимоверно счастлив! - думал, отходя, Леонин. - Я ей понравился".
Мазурка превратилась уж в вальс. Локоны развились по плечам. Многие разъехались. Двери ужинной залы распахнулись.
Лядов опять заиграл... Начался попурри.
В зале было тогда свежо. Немного пар кружилось в упоительном вальсе. Леонин несся, как будто не касаясь земли. Графиня легко упиралась на его руку, и оба, трепещущие от удовольствия, оживленные своею молодостью, неслись весело на паркете. И Леонину было так хорошо, так сладостно, что голова его терялась, и ему чудилось, что он перенесся в другой мир, где упоительные звуки подымали душу его выше облаков.