- Только-то, душа моя? Я думал, что это у вас был предлог. Ну, да пора! Готов ты?
- Готов.
В эту минуту что-то скрипнуло у подъезда, и Тимофей, задыхавшись, вбежал в комнату с радостным криком:
- Барыня приехала! барыня приехала!
В передней послышался шум; два человека, в дорожных тулупах, вели под руки маленькую согнутую старушку, которая крестилась и охала от усталости и приговаривала дряхлым голосом:
- Миша, Миша! где мой Миша?..
- Бабушка!.. - закричал Леонин. - Бабушка!.. - и взволнованный юноша упал к ногам старухи.
- Миша, Миша, Миша! Господи помилуй, господи помилуй! Слава тебе, господи! Благодарю тебя, небесный владыко! Встань, Миша. Что это с тобой?.. Насилу доехала, ужасно устала. Ну, привелось мне тебя опять увидеть!
Странная была картина. При слабом мерцанье свечки и начинающейся зари молодой человек у ног согнутой старушки, которая его благословляла; подле них высокая фигура Сафьева, с пистолетами в руках; к стене несколько слуг; в это время принесли запечатанный пакет.
- А! - сказал Сафьев. - Я это предвидел. Ну, теперь делать нечего. А дело твое я как-нибудь улажу с Щетининым.