Кадриль началась. Леонин приободрился и начал говорить с графиней о зимних удовольствиях, о балах, о маскарадах…
— Вы любите маскарады?.. — спросил он тихо.
— Я? — сказала графиня, взглянув на него с простодушием ребенка. — Вообразите, что я не знаю, что такое маскарад. Я боюсь масок и сама, как меня ни уговаривали, никогда не могла решиться надеть маску… Это настоящее ребячество.
Леонин изумился. Голос, который с ним говорил, был, без сомнения, голос незабвенного домино. «Неужели, — подумал он, — владеет графиня до такой степени способностью откровенно говорить неправду?»
За ним раздался голос.
— Здравствуйте, графиня!..
Генерал, обвешанный орденами, со шляпой, закинутой под мышку, подошел к красавице, закручивая усы.
Леонин обмер: это был начальник его, который, говоря военным слогом, распекал его на всяком ученье. Он уже хотел было отступить, но генерал дружески потрепал его по руке, скромно спросив:
— Я не мешаю?
— О, напротив!