— Здравствуйте; здоровы ли вы?..
— Много лет здравствовать твоей милости! Дождались мы наконец батюшку, своего отца родного. Просим принять хлеб-соль нашу крестьянскую. Мы твоею милостью довольны.
— Ну, каковы дела ваши? — Сережа принял вид человека делового.
— Да какие, батюшка, дела? Мы ведь богачи осенние: даст бог хлебца, так и слава тебе господи! А нет — ну, и так проживем.
— А довольны ли вы управляющим?
— Нечего сказать, обиды большой не терпим; ну, иногда и выругает… и поколотит… да ведь вы сами, ваше благородие, знаете… без этого нельзя.
— Благодарю вас за то, что вас любят крестьяне, — сказал важно Сережа, обращаясь к управляющему.
Управляющий почтительно поклонился.
— Смотрите же, — продолжал помещик, — работайте хорошенько, трудитесь, любите друг друга, ходите в церковь, уважайте своего управляющего — и вы все будете счастливы.
Сережа читал m-me Genlis[3].