— Ничем! — громко сказал подле них голос.
Маска обернулась. Сафьев стоял подле нее с своей вечной улыбкой.
— Четвертый час, сударыня, — сказал он, — дожидаться вам, кажется, нечего. Прекрасного вашего князя более не будет. Что ж делать! не все ожидания сбываются.
Маска судорожно приложила пальцы к губам и, кликнув бессловесную наперсницу, уединенно дремавшую на стуле, поспешно скрылась в боковую дверь.
Леонин остался против Сафьева.
— Что? — спросил последний. — Не говорила ли она, что ее не понимают, что ока ищет высоких наслаждений, что светская женщина жалка, потому что она должна скрывать свои лучшие чувства?
— Ну, так что ж?
Сафьев посмотрел на него с сожалением, а потом засмеялся.
Леонин рассердился и, наняв извозчика, уехал домой.