- Не можете, - продолжал он сквозь зубы, - не можете, когда я сам объявил публике, афишки разосланы... в кассе деньги берут... Хорошо-е. Обязанности своей выполнить не можете... а срамить нас своим поведением можете. С одним целуетесь... с другим деретесь. На что это похоже? что это такое?.. Многого я, кажется, насмотрелся, а еще ничего такого не видал. Везде говорят...
Такой стыд!.. Стыдно, сударыня... Прошу сказать мне решительно... будете ли играть?..
- Ей-богу... не могу...
- Да что ж это значит, наконец? позвольте спросить. За кого вы меня принимаете? а?.. Что же, вы меня совсем разорить хотите?
- Я...
- Да-с - вы... Гимназист-то, по вашей милости, дал тягу... собаками теперь не отыщешь. Хорошо, что еще кое-что старого жалованья за мной... так оно - ничто...
однако все-таки важная потеря... Репертуар весь мой испорчен. Малый он бойкий... ну да, что ни говори, и"
благородных.
- Из благородных... - бессмысленно повторила Наташа.
- Да-с. Он не то чтобы ваш брат, из податного сословия: у него родной дядя надворный советник.