- А, вот что! Благодарю покорно! - зашипела Анна Григорьевна, зеленея и грозя Ванде желтыми клыками. Ванда порывисто бросилась к Анне Григорьевне, обхватила ее дрожащими руками за плечи и упрашивала:
- Анна Григорьевна, голубушка, не говорите Владимиру Иванычу!
- Да, Владимир Иваныч не увидит! - злобно ответила Анна Григорьевна.
- Скажите, что вы сами разбили.
- Любимую чашку Владимира Иваныча я стану бить! Что, ты с ума сошла, Ванда? Нет, милая, я не стану тебя выгораживать, разделывайся сама. Сама и черепки Владимиру Иванычу покажешь.
Ванда заплакала. Девочки принялись собирать черепки.
- Да, да, покажешь сама, он тебя поблагодарит, голубушка, - язвительно говорила Анна Григорьевна.
- Не говорите, ради бога, Анна Григорьевна, - опять принялась упрашивать Ванда, - накажите сами, а Владимиру Иванычу скажите, что это кошка разбила.
Саша, которая усердно собирала мелкие осколки, складывая их себе в горсть, опять фыркнула от смеха.
- Кот в сапогах! - крикнула она сдавленным от смеха голосом.