Злобно глянул Мошкин на хозяйку. Она стояла у двери, прямая, широкая, с опущенными руками, спокойная, как кукла, и холодно-злая, и прямо на него смотрела неподвижными, наводящими жуть глазами.
Мошкин крикнул:
— Баста!
Стукнул кулаком по столу. Встал. Заходил по комнате взад-вперед. И все твердил:
— Баста!
Хозяйка тихо и злобно спрашивала:
— Платить-то будешь, корреспондент казанский и астраханский? а? сознательная твоя харя?
Мошкин остановился перед ней, протянул к ней пустую ладонь и сказал:
— Все, что имею.
Умолчал о последней трехрублевке. Хозяйка шипела: