— Ты чего, оглашенная? — закричал Самсонов на дочку, — чего тебя носит?
Шанька прижалась к нему и уселась на его колени.
— Да ты чего вольничаешь? Аль забыла…
— Прости, папочка милый, не буду лениться, — вкрадчиво заговорила Шанька, ласкаясь к отцу и целуя его жесткую щеку.
— То-то не буду. Разве у меня шальные деньги?
— Ты — богатый.
— Ну, ну, не так богатый. Положим, грех роптать. А дело-то всяко бывает: вот маюсь, пока мышь голову не отъела, а завтра что еще будет. Посечь бы тебя надо, Шанька, — бормотал он, ласково поглядывая на красивое лицо девочки.
Он прижал к себе дочку, покачивая ее на коленях и подбрасывая кверху ее ноги. Шанька тихонько смеялась.
— Отлощить бы тебя хорошенько. Слышишь, Шанька, а? Хочешь, задам баню?
— Другой раз, голубчик папочка, — отвечала Шаня, вытаскивая кусочки ваты из отцова халата.