- А вы, ваше преосвященство?
- Конечно, и я также.- ответил кардинал,- но я прибавлю к моим представлениям вашему величеству и новый аргумент.
- Какой? - спросила королева Ортруда очень тихо и спокойно.
В ее улыбающихся устах краткость этого вопроса, произнесенного небесно-звучащим голосом, не казалась нелюбезною. Кардинал говорил:
- Народ, наш добрый и благочестивый народ, недоволен некоторыми прискорбными вольностями в поведении вашего величества.
- Да? Неужели? - спросила королева Ортруда. Легкая, очаровательно-любезная улыбка смягчила слегка насмешливый тон ее слов. Кардинал продолжал:
- Говорят в народе, что эти вольности,- простите, государыня,оскорбляют добрые нравы.
Королева Ортруда спокойно сказала:
- Я вижу, что вы хотите говорить со мною о нравственности.
- Да,- сказал кардинал, слегка наклоняя голову.- И я льщу себя надеждою, что ваше величество послушаетесь голоса святой матери нашей, церкви.