- Да, до поры, до времени,- сказал Виктор Лорена.- Социализм силён только до тех пор, пока он ещё остаётся в области приятных мечтаний и очаровательных обещаний. Чем более несбыточны эти мечты, чем нелепее и невозможнее эти фантастические обещания, тем охотнее верят им люди,- те нищие духом, которые готовы верить, что улучшения своей участи они добьются не своим личным трудом, не своею личною борьбою за блага жизни, а только таким преобразованием общества, которое обеспечивало бы каждому лентяю безбедное существование в обмен за кое-какую работу.
- Однако,- тихо сказала королева Ортруда,- одни боятся этого учения, другие ему верят.
- Правительства боятся социализма,- говорил Виктор Лорена,- и совершенно напрасно. Народы ему верят,- но их он в конце концов обманет, как и всякое учение химерическое, более религиозное, чем научное, более возбуждающее надежды, чем опирающееся на строгие доводы разума.
- А всё-таки,-сказала королева Ортруда,- эти строгие доводы разума не удержат пролетариат, доведённый до отчаяния, от его выступлений. И кто знает, к чему это приведёт нас!
- Выступления пролетариата,- возразил Виктор Лорена, - заранее обречены на неудачу. Современный человек слишком индивидуалист, чтобы поднять бремя социалистического строя. Время скоро покажет народам всю деспотическую сущность этих мечтаний, и всю научную несостоятельность этой теории, такой стройной на первый взгляд, и даже, я бы сказал, слишком стройной.
- Итак, - спросила Ортруда,- дорогой господин Лорена, вы настроены оптимистически?
- Да, ваше величество, - со своею обычною уверенностью ответил Виктор Лорена.
- А всё это движение, которое мы наблюдаем? - спрашивала опять Ортруда.
- Конечно, - говорил Лорена,- назревает необходимость некоторых перемен, но это вовсе не так опасно, как думают многие мнительные люди. Положение рабочих в некоторых отраслях промышленности, действительно, следует улучшить, и мы это сделаем. Вообще, мы пойдём вовремя на минимум необходимых уступок,- и только.
- Стало быть, бояться нечего? - с неопределённою улыбкою спросила Ортруда.