Охвачен трепетным смятеньем,

Забывши тесный мой шалаш,

Спешу к проснувшимся селеньям,

Твержу: «Товарищи, я ваш!»

Унынье темное уснуло,

Оставил душу бледный страх, —

И сколько говора и гула

На перекрестках и путях!

2

Клеветники толпою черной