Рейте, сестры, в легкой пляске,
С нами вместе пляшут сказки
Под волшебницей луной.
Вы плясали, а я стоял. Мне казалось, что царь еще не кончил и хочет говорить. Я стоял перед ним под серой шапкой-невидимкой и глядел прямо в его неизъяснимо-глубокие очи, и он сказал мне:
А ты, пришедший невидимо,
Земные возлюбивший дни,
Ищи меня неутомимо
И в сердце грусть мою замкни.
И если память позабудет
(Цветы земные — из тафты),