Грушина. Ну, уж вы, Ардальон Борисыч, всегда такое скажете…
Все смеются.
Володин. Если у вас уши вянут, Марья Осиповна, то вам их оборвать надо, а то нехорошо, коли они у вас совсем завянут и так станут мотаться, туда-сюда, туда-сюда. (Показывает пальцами.)
Грушина. Ну, уж вы туда же, сами ничего придумать не умеете, на готовенькое прохаживаетесь.
Володин. Я и сам могу, Марья Осиповна. А только как мы в компании у будущего инспектора приятно время проводим, то отчего же не поддержать чужую шутку. А если это вам не нравится, то как вам будет угодно. Как вы к нам изволите, так мы к вам изволим.
Преполовенская. Уж Павел Васильевич за себя постоит.
Грушина что-то тихо говорит Преполовенской и Варваре. Те смеются. Варвара, отрезав кусок булки и заслушавшись, держит нож в руке. Острие сверкает. Недотыкомка выглядывает из-за двери и скрывается. Передонову страшно.
Передонов. Варвара, положи нож.
Варвара. Чего кричишь? Испугал… Ведь вы знаете, у него всё привереды.
Грушина (продолжая рассказ). Она князю и кричит: «Здравствуй, Жанчик». Это на улице-то…