Грушина. Нарочно это они так придумали, чтобы Ардальона Борисыча подловить. Видите ли, у этой барышни есть двоюродный брат, сирота, — он и учился в Рубани. Так мать-то этой барышни его из гимназии и взяла, а по его бумагам барышня сюда и поступила. И вы заметьте, они его поместили на квартире, где других гимназистов нет. Он там один, так что все шито-крыто, думали, останется.
Варвара. А вы как же узнали?
Грушина. Голубушка Варвара Дмитриевна, слухом земля полнится. И так сразу стало подозрительно: все мальчики как мальчики, а этот тихоня — ходит как в воду опущенный. А по роже посмотреть — молодец молодцом должен быть, румяный, грудастый. И такой скромный — товарищи замечают, — ему слово скажут, а он уж и краснеет. Они его и дразнят девчонкой. Только они думают, что это так, чтобы посмеяться, не знают, что это правда. И представьте, какие они хитрые. Ведь и хозяйка ничего не знает…
Варвара. Как же вы-то узнали?
Грушина. Голубушка Варвара Дмитриевна, чего я не узнаю… Я всех в уезде знаю… Как же, ведь это всем известно, что у них еще мальчик дома живет, таких же лет, как этот. Отчего же они не отдали их вместе в гимназию. Но все это вздор, это-то и есть гимназист. И опять же известно, что у них была барышня, а они говорят, что она замуж вышла и на Кавказ уехала. И опять врут, — ничего она не уехала, а живет здесь под видом мальчика.
Варвара. Да какой же им расчет?
Грушина. Как какой расчет? Подцепит какого-нибудь из учителей. Мало ли у вас холостых. А то и так кого-нибудь. Под видом-то мальчика она может и на квартиру прийти, и мало ли что может.
Варвара. Смазливая девчонка-то…
Грушина. Еще бы — писаная красавица. Это она только теперь стесняется, а погодите, попривыкнет, разойдется, — так она тут всех в городе закружит. И представьте, какие они хитрые. Я, как только узнала об этаких делах, сейчас же постаралась встретиться с его хозяйкой — или с ее хозяйкой, уж как и сказать-то, не знаю.
Варвара. Чистый оборотень… Тьфу… Прости, Господи…