Красновский. Тоже, конечно, жрица новой красоты и нового искусства.
Мария. О, какой тон! Ну да, жрица, если хотите. Жрица, потому что она самоотверженно служит своему высокому искусству.
Красновский. Это маленькое неграциозное существо? Воображаю, как она танцует!
Мария. Да, она кажется неловкою в своей глупой блузке и в этой своей скромной юбчонке. У нее нет денег на роскошные туалеты. Свои костюмы для танца она шьет себе сама по рисункам Курганова. В ее комнате нет даже большого зеркала.
Красновский. Это и видно.
Мария. Когда она танцует при свете бедной свечки, она смотрит на свою тень на пустой стене и так учится. Нет, вы не должны, вы не смеете смеяться над нею! И вот вы сейчас сами увидите в танце эту заклинательницу, — тогда вы скажете другое.
Красновский. Посмотрим. «На свете чудеса рассеяны повсюду».
Зинка (Зое, вполголоса). Они уже оделись. Совсем стали хорошенькая. Велели мне к господину Мореву ковер поближе подвинуть. (Громко.) Лидия Николаевна оделись, сейчас танцевать выйдут. Просят всех сесть поближе к стенкам.
Оправляет ковер. Зоя играет. Курганов и Мария отходят в сторону.
Курганов. Этот краснобай Красновский — ходячий трафарет. Говорит готовыми словами и думает готовыми мыслями.