Красновский. Вы еще не знаете, Марья Павловна, что такое любовь. Любовь заразительна, как оспа.
Мария. О, избавьте меня от опасности заразиться ею от вас!
Красновский. Только поверьте, что я вас люблю, как никто вас полюбить не может, и вы непременно полюбите меня.
Мария. Вы очень самоуверенны, Алексей Николаевич. Почему вы думаете, что никто не может полюбить меня так, как вы?
Красновский. Потому, что я люблю вас за вас самих, а другой полюбит вас за ваши приятные слова о каких-то исканиях и настроениях, за вашу счастливую сценическую наружность, за ваши очаровательные плечи и жемчужную грудь, за ваши стройные ноги, наконец, может быть, за ваше бесстыдство, за все то, за что я готов был бы порою убить вас.
Мария. О, как грозно!
Красновский. Как они смеют смотреть на вас? Как они смеют подходить к вам?
Мария. Кто же дал вам право говорить так со мною? О, какой вы недобрый! Я вас начинаю бояться.
Красновский. Простите. Да, я увлекся. Мне лучше уйти. Прощайте, Марья Павловна. (Жмет ей руку и печально идет к выходу. На пороге останавливается и патетически говорит.) Вспомнишь меня, придешь ко мне.
Мария. Никогда.