Дунаев. Да, конечно: по крайней мере, ни люди не осудят, что из-за денег женился, да и жена будет знать, что я не за приданое ее беру, а по любви.
Реатов. Так! Нечто вроде благодеяния делаете?
Дунаев. Помилуйте, Аполлон Максимович, это, напротив, я буду считать себя осчастливленным, если Александра Аполлоновна согласится…
Реатов. Да, да, я верю вашим благородным чувствам. А все-таки, мой друг, без денег плохо. Тем более что и в будущем, как оказывается, нет ни малейшей надежды.
Дунаев. Буду надеяться на себя, на свои силы, с нас и достаточно.
Реатов. Был дядя у моей жены, вы знаете?
Дунаев. Разве уж скончался?
Реатов. Нет, еще жив. Но я говорю: был, потому что если б он раньше умер, то жена была бы его наследницей, а теперь…
Дунаев. А теперь Александра Аполлоновна — наследница.
Реатов. Александра — наследница? С чего вы это взяли?