Пьер. Да, я слышал про его план вечного мира, и это очень интересно, но едва ли возможно…
Анна Павловна. Вы думаете?
Пьер (нагнув голову и расставив большие ноги). Я думаю, что план аббата — совершенная химера. Вечный мир, конечно, возможен, и народы наконец пожелают его, но те средства…
Анна Павловна (улыбаясь). Мы после поговорим.
Анна Павловна, прохаживаясь по гостиной, подходила к замолкнувшему или слишком много говорившему кружку и одним словом или перемещением опять заводила равномерную, приличную разговорную машину. Общество разбилось на три кружка. В одном, более мужском, центром был аббат; в другом, молодом, — княжна Элен и княгиня Болконская. В третьем — Мортемар и Анна Павловна.
Анна Павловна. Какое ужасное злодеяние — убийство несчастного герцога Энгиенского…
Мортемар. Герцог Энгиенский погиб от своего великодушия. Были особенные причины озлобления Бонапарте.
Анна Павловна. Ah, voyons. Расскажите нам это, виконт. (Мортемар поклонился в знак покорности и учтиво улыбнулся. Анна Павловна сделала круг около виконта и пригласила всех слушать его рассказ. Шепнула одному.) Виконт был лично знаком с герцогом. (Другому.) Виконт — прекрасный рассказчик. (Третьему.) Как сейчас виден человек хорошего общества… (Элен, которая сидела поодаль.) Переходите сюда, милая Элен.
Княжна Элен поднялась с тою же неизменяющейся улыбкой, с которой она вошла в гостиную. Она прошла между расступившимися мужчинами и прямо, не глядя ни на кого, но всем улыбаясь, подошла к Анне Павловне села перед виконтом.
Мортемар (наклоняя с улыбкой голову). Мадам, я, право, опасаюсь за свои способности перед такой публикой.