Лиза. Чужую, далекую… Ах, зачем мы так далеки от тех, кто так сильно, просто и верно чувствует, думает, живет?
Анна Сергеевна. Ужас, ужас… Вы посмотрите, у них у всех безумные глаза. Они знают, что их всех убьют.
Лиза. Ну что ты, мама… Где ты это видишь? Все они идут с одушевлением. Такой подъем духа, — разве ты не видишь?
Анна Сергеевна. Крепятся, не показывают.
Лиза. Нет, мама, они не думают о смерти. А если и думают, так на миру и смерть красна.
Анна Сергеевна. Опять этот эстонец…
Лиза. Послушайте, Пауль, подойдите ко мне на минутку.
Пауль. Ничего не бойтесь, Лиза. Пока мы живы, мы немцев далеко не пустим. А кто войдет в Россию, тот не обрадуется нашему приему. Чем больше их войдет, тем меньше их вернется в Германию.
Лиза. Пауль, милый Пауль, когда смотришь на всех этих храбрых людей, то разве можно бояться? Но я о другом хочу вам сказать. Милый Пауль, не смейтесь надо мной, — я сама знаю, что теперь не время говорить о себе.
Пауль. Лиза, как вы можете это думать? Когда вы говорите, в моей душе точно музыка.