Гавриил (улыбаясь). Ты — добрая, мама. Но, видишь ли, у нас в России все-таки есть спрос на ученых людей. Дети профессора Глинского не останутся без образования.
Анна Павловна. Ну, а ты-то, Гаврюша, что будешь?
Гавриил. Мой друг, профессор Эдуард Райт, пишет мне: «Ваша и без того бедная научными силами высшая школа опять понесла чувствительную потерю». Ну, и еще много теплых слов по моему адресу… К себе в Оксфорд приглашает, но я решил — никуда из России. Да, у меня есть начатая работа, давно задуманная, очень интересная, — на остаток жизни хватит.
Анна Павловна. Что ты себя старишь, Гаврюша…
Гавриил (с рассеянным видом поднимается, идет к саду. На верхней ступеньке вдруг останавливается, словно что-то вспомнил, и возвращается к столу). А вот что, мамочка, я вас попрошу: сегодня Мэри ждет к себе подругу свою любимую из Москвы… Она такая… немножко взбалмошная, — так уж вы, пожалуйста, будьте с ней милою, как вы умеете.
Анна Павловна. Да уж не учи, сами знаем. Кто ж это такая? Замужняя?
Гавриил. Да, была. Она уже замужем второй раз… Критская… Левченко…
Анна Павловна. Две фамилии сразу носит? И ты, мой батюшка, с ними заврался. Ну, да уж ладно, пойду комнату готовить. В диванную, что ли, положить? С мужем она?
Гавриил. Да, муж, кажется, после приедет. Мамочка, Мэри ее ужасно любит… И она на нее хорошо действует, — сразу веселеет… Да и она ничего, — славная, только взбалмошная немножко… Мэри с ней скучать не станет… А это главное…
Анна Павловна. А когда они приедут?