Кирилл — рослый, румяный брюнет, красивый, загорелый. Одет по-русски, в поддевку и высокие сапоги. Темно-русые, блестящие волосы на прямой пробор над высоким лбом.
Кирилл (шутливо). Ну, что, Гавриил, бацилл размышления культивируешь? Что, как у нас, на вольном воздухе, поди, не нравится? Стоят деревья, ни одно не занумеровано?
Гавриил. Ты все шутишь, а мне здесь, право, нравится. Кажется, так хорошо, что мы сюда приехали. Мэри спит лучше, и вид гораздо лучше, и нервы. Все ее здесь радует — все нравится. А мне здесь удобно будет работать.
Кирилл. Работай, работай, корпи себе помаленьку. А меня эти лодыри так изводят, — иного так бы и разорвал пополам. Весь день верчусь, как в колесе. (Уходит.)
Явление третье
Гавриил и Мэри.
Мэри — стройная женщина, темноволосая, слегка смуглая; благодаря худощавости и девической манере одеваться кажется моложе своих лет. Очень женственная: легкая походка, легкие движения, быстрый взгляд. На ней недлинное полотняное платье с голубым матросским воротником; в руках вязка полевых цветов. Подходит к Гавриилу, кладет ему руку на плечо.
Мэри. А я на деревню ходила и в поле была, — как чудесно… Как жаль, что ты гулять не ходил… Цветов, цветов, — я никогда столько и не видала. Целый ворох колокольчиков и ромашек отнесла тебе в кабинет…
Гавриил (рассеянно). Спасибо… Только куда ты их поставила? Там у меня на столе все рукописи.
Мэри. Не беспокойся, все на месте. Я осторожно подвинула их.