Камру. Я слышал этот голос, когда с женою и с сыном шел в твой славный город. Жена и сын думали, что я знаю, чей это голос, и спрашивали меня. Кто знает хотя немногое, того спрашивают обо всем. Но я ничего не мог сказать им. Я знаю мой долг и не допытывался, что это за шум. Но если ты, царь, повелишь мне, я тотчас узнаю, кто это, и доложу об этом двору, населенному рабами святейшего закона.
Киноджа. Иди узнай и скажи мне. Только мне, — никому иному не надо знать.
Камру уходит. Киноджа окутывает тело и лицо черным покрывалом, поглощающим всякий свет. Становится незрим. Идет вслед за стражем. Ходжистэ выходит на кровлю. Слышен голос:
— Я иду! Кто меня задержит?
Входят Халис, несет в глиняной посуде пищу для отца, и Чундер, несет в глиняном кувшине воду для мужа.
Халис. Отец, где ты?
Ходжистэ. Твой отец ушел в пустыню прогнать духа, который тревожит великого царя.
Халис (испуганно и радостно). Здесь прекрасная царевна.
Халис и Чундер кланяются царевне.
Ходжистэ. И мой отец ушел в пустыню. Ушли сильные, остались женщины и дети.