— Как же это по-разному?
— А так. Егор Платоныч всех одинаково, а другие по-разному.
— Ну, кто ж другие?
— Кто? Почетный смотритель был, отец Андрей, Галактион Васильевич. Богатых — полегче да ласково, а бедных — погрубее.
— Сочиняешь ты, Ленька, как я вижу.
— Ну вот, с чего мне сочинять, других спросите. У нас богатым дивья отвечать, стоит, молчит, в зуб толкнуть не знает, а ему отец Андрей или Галактион Васильевич все и расскажут. А как бедный мальчик запнется, сейчас его Галактион Васильевич обругает: мерзавый мальчишка, говорит, шалишь только, — а у самого глаза как гвоздики станут. А смотритель тоже говорит: гнать, говорит, — таких негодяев надо, — из милости, говорит, тебя только и держат! Так и награды будут давать.
— Какую ты чепуху говоришь, Ленька! Ну, сам посуди, с чего им так поступать?
— С чего: кто гуся, кто-что…
— Ну, уж это…
— Да они сами говорят, богатенькие-то, хвастают: