— Да уж стреляться не буду, пусть будет спокойна. Можешь даже передать ей.
— Могу и передать, если тебе угодно. Что ж, ведь у тебя еще две невесты есть, если не больше.
— Да уж не беспокойся, не заплачу, — ну ее к ляду!
Андозерский плюнул и побежал вниз. Логин с улыбкою смотрел за ним.
Дома ждало приглашение директора гимназии пожаловать для объяснений по делам службы.
Павликовский имел озабоченный и даже смущенный вид. С любезною улыбкою придвинул для Логина кресло к письменному столу, на котором в разных направлениях красовались фотографические группы в разных стоячих рамочках из ореха и бронзы, — подношения сослуживцев и гимназистов. Сам поместился в другом кресле и предложил Логину курить. Логин не курил, но Павликовский до сих пор не мог этого запомнить. Он был человек рассеянный. Рассказывали, что однажды в коридоре он остановил расшалившегося гимназиста, который, разбежавшись, стукнулся головою в его живот.
— Что вы так расшалились! Как ваша фамилия? — вяло спросил директор.
Его глаза были устремлены вдаль, а правую руку он положил на плечо гимназиста. Мальчик, его сын, смотрел с удивлением и улыбался.
— Что ж вы молчите? Я вас спрашиваю: как ваша фамилия?
— Павликовский! — ответил мальчик.