— Мать, — прошептала Клавдия, — я ее видела. Она бессильно опустилась на скамью. Палтусов сказал досадливо:
— Пустое! Воображение, нервы! Какая там мать! Тебе показалось.
Клавдия внимательно слушала, но не услышала ничего. Сказала упавшим голосом:
— Да, постояла в дверях, засмеялась и ушла потихоньку.
— Нервы! — досадливо сказал Палтусов.
— Да, засмеялась и прикрыла рот платком.
— Уйдем отсюда, пройдемся, — у тебя голова болит. Вышли из беседки. Палтусов почувствовал, что Клавдия вздрогнула. Поглядел на нее: она неподвижно смотрела на что-то. По направлению ее взора Палтусов увидел на траве у самой дорожки что-то белое. На яркой зелени резким пятном выделялся белый платок.
— Платок! — крикнула Клавдия. — Это она бросила платок.
Оставила руку Палтусова, бросилась к платку. Палтусов услышал ее смех и увидел, как вздрагивали ее плечи. Он подошел, осторожно спросил:
— Клавдия, что ты?