— Да себя-то вы любите? — опять спросила Елена.
Он пожал своими узенькими плечами, саркастически усмехнулся и сказал притворно-вежливым тоном:
— Люди вам не угодили? Чем, позвольте спросить?
Видно было, что он чувствует себя оскорбленным за людей тем, что Елена допускает возможность и не любить их.
— Разве можно любить людей? — спросила Елена.
— Почему же нельзя? — изумленно переспросил он.
— Они сами себя не любят, — холодно говорила Елена, — да и не за что. Они не понимают того, что одно достойно любви, — не понимают красоты. О красоте у них пошлые мысли, такие пошлые, что становится стыдно, что родилась на этой земли. Не хочется жить здесь.
— Однако же вы живете здесь! — сказал Ресницын.
— Где же мне жить! — холодно промолвила Елена.
— Где же люди лучше? — спросил Ресницын.