— Да, — продолжал Логин, — мечтались мне широкие пути… И вдруг увидел я, что это было чувство, искусственно согретое…
Встал, прошелся по террасе. Клавдия молчала и следила за ним странно горящими глазами. Легкое веяние доносилось с реки. Ветви вязов слегка колыхались. Логин остановился перед Клавдиею.
— А впрочем, — сказал он, — мне кажется, для каждого из нас есть свой путь… трудный и неведомый.
— Покажите мне его! — с порывом несколько диким воскликнула Клавдия и протянула к нему руки широким и быстрым движением.
— Да я сам хотел бы, чтобы мне его открыли, — угрюмо сказал Логин. — Было время, мне казалось… В чьих-то руках мерещился светоч…
— У вас есть свои светочи.
— В том-то и горе, что их нет. Мираж — все эти мои планы, — жажда обмануть свою душу…
— Какой светоч мерещился вам? — печально спросила Клавдия.
— Что-то неожиданное… Неизъяснимое очарование веяло… Что-то не русское, чуждое всему, что здесь… Я все ждал, что вот-вот случится необычайное, невозможное… Но ничего не случалось, — дни умирали однообразно и скучно, как всегда… Посмотрел я пристально в себя самого — и нашел в себе все ту же всечеловеческую дерзость, задорную и бессильную, и тот же тоскливый вопрос о родине… Идите к нему, — небо и землю создаст он вам.
Клавдия хотела ответить. Но раздались шаги и голоса приближающихся дам, и Клавдия промолчала.