— Целуй!
Но лучше нравились ему и ей иные наряды, которые шила сама Людмила: одежда рыбака с голыми ногами, хитон афинского голоногого мальчика.
Нарядит его Людмила и любуется. А сама побледнеет, печальная станет.
* * *
Саша сидел на Людмилиной постели, перебирал складки хитона и болтал голыми ногами. Людмила стояла перед ним и смотрела на него с выражением счастья и недоумения.
— Какая ты глупая! — сказал Саша.
— В моей глупости так много счастья! — лепетала бледная Людмила, плача и целуя Сашины руки.
— Отчего же ты заплакала? — улыбаясь беспечно, спросил Саша.
— Мое сердце ужалено радостью. Грудь мою пронзили семь мечей счастья, — как мне не плакать.
— Дурочка ты, право, дурочка! — смеючись сказал Саша.