Иринушка поднимала брови милым движением удивленной маленькой женщины и спрашивала:
— Коля, да за что мне тебя упрекать? Что же ты мне сделал худого?
И говорила:
— Я с тобою счастлива, милый мой Коля, милый! И, присев к нему на колени, обнимала его жаркими тонкими руками и целовала его нежно и долго. Николай Алексеевич говорил:
— Милая Иринушка, не на радость ты меня полюбила. Я так беден, и тебе со мною так трудно.
— О, бедность! — беспечно говорила Иринушка. — Да разве это такая большая беда? Разве надо жить в роскошных палатах? Только надо быть веселым и сильным и хотеть счастия.
И спрашивала Иринушка Николая Алексеевича, обвив руками его шею и заглядывая в его грустные глаза своими синими счастливыми глазами:
— Ты хочешь со мною счастия, Коля? Хочешь? Николай Алексеевич говорил, невесело улыбаясь:
— Кто же, Иринушка, не хочет счастия! Все его хотят. Иринушка весело говорила:
— Ну вот, и я хочу, — и уже я счастлива. Я с тобою, Коля милый, больше мне ничего и не надо.