— Нет, товарищ Наталья, еще не опоздали.
Сказано сладкое имя.
— Пойдемте, однако, туда, товарищ Валентин.
Сладкое сказано имя.
К Елисавете подошел человек в картузе, косоворотке черной и в высоких сапогах, с черною бородкою и усами, — лицо незнакомое и знакомое и почему-то волнующее. Он окликнул:
— Елисавета, вы меня не узнали?
Узнала, узнала по голосу, вспыхнула, засмеялась, радостно говорила:
— Только по голосу узнала. Борода, усы — совсем не узнать.
— Приклеены, — сказал Триродов.
Они говорили. За своею спиною Триродов слышал шепот: