Потом Ортруда отдыхала одна, мечтая, в тихом сумраке опочивальни. А на улицах веяли флаги, шумел народ, смеялись дети, гремела музыка и танцевали на перекрестках и на площадях. Радовались.
Вечером был у королевы бал. Опять нарядная толпа, и высокие гости, и Танкред между ними, — и опять улыбалась и радовалась Ортруда.
Она танцевала. Сияла радостью, когда порядок этикета дал ей возможность подать руку Танкреду.
В промежутке между двумя танцами королева Ортруда легким движением кружевного веера показала Танкреду место рядом. Он сел, склоняясь к ее плечу, чуть-чуть свободнее, чем следовало бы, и тихо спросил:
— Вы очень устали, ваше величество?
И еще тише сказал, совсем едва слышно:
— Вы очаровательны, Ортруда.
Ортруда вспыхнула, радостно улыбнулась и сказала:
— Да, устала, но не очень. Совсем немножко. И я уже отдохнула. И мне очень весело.
Взглянула прямо в его синие глаза, — влюбленно-стыдливый взгляд. Принц Танкред говорил тихо и нежно: