Смеялись и другие. Вдруг Танкред нахмурился.
Спросил:
— Вы не делаете исключений?
— Увы, нет, — спокойно ответил Камаи.
— И для моей жены? — спросил Танкред притворно-спокойным голосом.
Граф Камаи усмехнулся тонко и сказал:
— Наша августейшая повелительница живет не для вашего высочества, а для государства. Дела правления заботят государыню гораздо больше, чем любовь супруга и его зыбкая верность. И для вашего высочества это хорошо.
— Почему? — принужденно улыбаясь, спросил Танкред.
За графа Камаи отвечал герцог Кабрера.
— Потому, — сказал он, — что женщины на наших островах несдержанны в гневе и очень ревнивы. И притом они ловко действуют навахою или нашею древнею дагою.