Филиппо Меччио спокойно ответил:
— Мы позаботимся о том, чтобы этого не было.
Королева Ортруда говорила:
— В лучшем случае это будет рабская зависимость немногих сильных, которые часто правы, от большинства слабых, которое почти всегда ошибается.
— Это все-таки лучше, — возразил Филиппо Меччио, — чем рабская зависимость большинства, у которого свои интересы в единении масс, от немногих, интерес которых в господстве над массами.
— Интерес всякого человека в господстве, — сказала королева Ортруда. — Но господствуют только сильные. Они и законы дают, и права устанавливают. Только в силе — основание всякого права. Если великодушие сильных наделит слабого правами, как он сможет этими правами воспользоваться?
— Что же делать слабым? — спросил Филиппо Меччио.
— Умирать, — тихо ответила королева Ортруда.
Она помолчала немного и продолжала:
— Я скоро умру. Престол мой будет праздным. Изберите опять короля, человека, не рожденного царствовать, но достойного этой доли. Изберите гения, поэта, — из иной, далекой страны, — хоть из Америки или из России.