Города волновались еще больше. И в них было немало таких, которые поверили в нелепые предсказания о том, что все Острова покроются морем. Особенно легковерны, как всегда, были женщины.
Богатые и состоятельные люди многие бежали за границу. Даже и те, кто не верили в погибель всей страны, боялись, что в случае несчастия на Драгонере страна будет наводнена толпами бездомного, голодного люда и что начнутся тогда грабежи и убийства. Многие от страха сходили с ума.
В Пальме было еще беспокойнее, чем в других городах. И здесь происходили частые уличные волнения. На улицах и площадях ни днем, ни ночью не смолкали шумные гулы. В домах ни днем, ни ночью не стихали женские вопли и детский громкий плач. Сердце прекрасной страны томилось тоскуя.
Что ни день, устраивались крестные ходы. То здесь, то там с громкими визгами и с диким воем проходили нёистовые процессии кающихся. На площадях и в общественных залах раздавались вдохновенные, — а иногда и нескладные, — проповеди новоявленных пророков и пророчиц. Они грозили гневом Божиим и призывали к покаянию.
Даже радикальные газеты иногда юродствовали и помещали странные пророческие статьи о том, что скоро погибнет под волнами преступная столица, веселый город Пальма.
Среди смуты и волнения была в простом народе суеверная надежда на королеву Ортруду. Говорили:
— Если королева Ортруда захочет, она заворожит вулкан, и он успокоится. Она может. Стоит только ей захотеть.
Скептики спрашивали:
— Если королева Ортруда может это сделать, отчего же она до сих пор ничего не сделала?
Верующие в королеву Ортруду отвечали им: