Прекрасное тело Афры! Где оно теперь? И что с ним?
Черный камень у западной стены еще хранил их дар, уже завядшие розы. Посредине камня стояла золотая чаша, и по обеим ее сторонам два хрустальные сосуда с ароматами; за чашею, на золотом блюде, лежали угли, — их принесла нынче днем Терезита.
Свежими розами осыпала черный камень королева Ортруда.
Перевитые черным крепом стояли за черным камнем у стены семь серебряных подсвечников. Свечи в них были черные, — их вставила нынче днем Терезита.
Королева Ортруда зажгла черные свечи. Желтым, тусклым огнем горели они. Их мерцание струилось по смуглому телу таящейся у порога и жутким блеском дрожало в ее глазах, упорно приковавших свой пристальный взор к телу королевы Ортруды. От этого струящегося по телу Терезиты мерцания еще более черным и таинственным казался мрак за порогом пещеры.
Над черным камнем темная статуя нагого отрока тускло мерцала в озарении свеч. Был ее мрамор желт и печален.
Обнажённая стояла королева Ортруда перед черным камнем. Ее охватывала сумрачная прохлада склепа, и на своем теле чувствовала Ортруда неподвижный взор таящейся у порога.
Ортруда бросила в золотую чашу несколько углей, разожгла их и медленно, капля за каплею, вылила на них из обоих хрустальных сосудов благоуханную жидкость. Багряным жаром теплились угли, согревая широкую чашу и вея теплом в лицо Ортруды.
Дым благоуханий заволок пещеру. Едва виден за облаками плывущего в воздухе дыма стал очерк рабыни у темного порога.
Королева Ортруда совершила мистерию Смерти одна. Слова говорила и ответа ждала.