Дунаев. Да нет, впрочем, отчего же! Мне все равно, а вот как Александра Аполлоновна, это от Александры Аполлоновны зависит.
Реатов. Так вот, я вам высказал. Теперь, если угодно, я пошлю к вам Александру.
Дунаев. Да, да, конечно, Александра Трофимовна…
Реатов. Только знаете что, друг мой, вы ее пока Александрой Трофимовной не называйте, — пусть она пока Аполлоновной останется. Она, видите ли. привыкла, — а так, сразу, пожалуй, обидно покажется.
Дунаев. Да, да, я понимаю, это совершенно нечаянно, с языка сорвалось. Так я уж тут подожду.
Реатов. Сейчас я вам ее пришлю.
Уходит. Дунаев мнется на месте. Берет шляпу. Очень расстроен. Прохаживается. Заглянул в зеркало. Подошел к двери направо. Постоял. Пожал плечами. Быстро пошел к выходной двери, в глубине. Взялся за ручку двери. Не отворить. Возится с ручкою, толкает дверь. Отходит красный, раздосадованный. Бормочет.
Дунаев. Черт знает, что такое!
Подходит к окну. Лезет на подоконник. Входит Александра.
Александра. Что вы там делаете? Зачем вы на подоконник влезли?