Жеан. Снег тает, воды бегут, вчерашнее забыто.
Раймонда. Но ты вспомнишь!
Расходятся в разные стороны.
Восьмая картина
Улица. Ванька один. Стоит невесел, голову повесил, задумался крепко, говорит сам с собою.
Ванька. Ой неволя, неволя — княжеский двор! Что-то мне да захотелося с отцом да с матушкою да повидатися, со худою женою да неудачливою, — ведь и плакала она, как река лилась, слезы катятся, как ручьи текут, возрыдалася, что погоды бьют.
Входит первая кабацкая женка. Подкрадывается к Ваньке и хлопает его по плечу. Ванька вздрагивает и вскрикивает.
Ванька. О, чтоб тебе пусто было!
Первая кабацкая женка. Ванька-ключник, верный слуга княжеский, что стоишь невесел, буйну голову повесил? Еще что у тебя за несчастье? Ай целовать некого? (Хохочет, прижимается к Ваньке и говорит.) Пойдем, пойдем, удал добрый молодец, зайдем да во царев кабак за гульбой.
Ванька (отталкивая ее). Ну тя к лешему.