Лилит. И когда пришел его смертный час, душу его я вынула и отнесла ее в царство теней. (Пляшет.)
Михаил. Нет, отец. Катя должна уйти от Сухова. Она — моя, и теперь уже навсегда.
Лилит. И вот я живу нескончаемые века и прихожу к нему в часы мечтаний сладостных и лунных и в темные минуты смертной истомы. (Пляшет.)
Михаил. Так надо, отец.
Лилит. И когда восходит луна, к ней мои простираю руки и о ней говорю и мечтаю. (Пляшет.)
Музыка замолкла. Лилит подходит к Михаилу и спокойно смотрит на него.
Михаил. Милая мечтательница! Как ты хорошо танцуешь! Благодарю тебя за твой радостный труд, за это очарование нашим взорам. Отдохни, посиди здесь, у камина.
Отходит к окну, стоит задумчивый, освещенный луною, и потом уходит.
II
Лилит садится у камина и молча глядит на пылание его углей. Чернецов тихо берет ее руку. Лилит поднимает на него грустный взгляд.