Михаил. Почему? Чего ты ждешь?
Катя. Он так любит своих детей.
Михаил. Это — не причина. Пусть они ему остаются. Я не хочу больше скрывать нашу связь.
Катя. Мне жаль его.
Михаил. Ты, может быть, успела его полюбить?
Катя. Нет… (Грусть ложится на Катино лицо, и тихо говорит она.)' Мне почти страшно, когда я думаю, что все эти годы могли бы и не быть и что это мое двойное бытие — только ошибка. Как будто я поступила по какому-то старому и уже обветшалому обряду. Зачем-то вошла я в царство призраков и вывела оттуда живых детей. Я их люблю, а иногда боюсь их, как чего-то недолжного.
Михаил (говорит решительно и настойчиво). Я хочу, чтобы все это было кончено.
Катя. Но ты, Михаил, должен сделать еще один шаг, самый трудный.
Михаил. Какой?
Катя. Достроить свой дом. (Эти слова Катя произносит медленно и значительно, словно означает ими что-то большое.)