Курганов. Кто же вас обманывал? Мы вас честно и откровенно предупреждали, что рассчитываем только на литературный и художественный успех, а не на кассовый.
Биркин. То-то вот я, старый дурак, поверил вам да и влетел.
Морев. Вы, Иван Кирилыч, очень раздражены и говорите слова, о которых потом сами пожалеете.
Биркин. Это почему же-с?
Морев. Потому, что это — нехорошие и несправедливые слова. Моя пьеса поставлена очень хорошо, и вы можете этим гордиться.
Биркин. Нечем гордиться-то, господин автор! Свисту что было, забыли?
Морев. Это ничего не доказывает. Вы — опытный театральный деятель. Ведь если вы взяли мою пьесу, значит, она вам понравилась.
Биркин. Навязали, батенька, навязали! Турусы на колесах подпустили, облапошили меня, старого дурака.
Курганов. Иван Кирилыч…
Мария (перебивая). Вы забыли, Григорий Андреевич, о чем я вас просила. Пришлите мне Лидию, я хочу ее видеть, сейчас же, непременно хочу. (Тихо.) Теперь вы берите пример с Морева, не становитесь на одну доску с этим торгашом.