С тем же спокойствием, с тою же уверенностью обратился он потом и к другим. Как бы следуя примеру хозяйки, все отвечали на его привет с обычною светскою любезностью.
Ронин подошел к Кате. Она холодно поклонилась ему, едва на миг оторвавшись от созерцания широкого морского простора.
— Любуетесь морем? — тихо спросил Ронин.
Гости, разговаривая между собою, исподтишка наблюдали за ними.
Катя молчала. Ронин говорил:
— Я понимаю, почему вам нравится смотреть на эти волны. Волны лучше людей.
Катя вопросительно глянула на него.
— Они равнодушны, — продолжал Ронин, — им все равно, но они никогда не изменяют своему закону, своей воле и не могут изменить. Их непреклонность так прекраснее людской неискренности.
Катя засмеялась. Смех ее звучал хрупко и нервно. И вдруг стало заметно, что она очень взволнована.
Преодолевая волнение, задерживая дыхание в поднявшейся груди, Катя сказала: