IX
Скоро ушел счастливый, гордый Машенькиной любовью Лоэнгрин. Плакала и смеялась Машенька. А мать недоумевала:
— Да как же, Машенька, за кого же ты замуж выходить собираешься? Как же ты слово-то ему дала, ничего толком не узнавши? А вдруг он окажется беглый каторжник или еще что похуже?
Машенька раскраснелась и повторяла упрямо:
— Пусть каторжник, пусть шпион, пусть палач, — и я такая же буду, потому что я его люблю!
Сережа говорил ей шепотом:
— Если он — атаман разбойников, то ты попроси, чтобы он и меня записал в свою шайку. Я могу лазать в форточки.
Машенька смеялась.
А Лоэнгрин, придя домой, решил, что дольше скрываться невозможно и не стоит. Положил в конверт свою визитную карточку и послал ее по почте Машеньке.
На другой день, когда Машенька вернулась из своей школы, Сережа с таинственным видом сказал ей: