— Милая Леночка, мы вот как сделаем, — я кое-куда сбегаю, тут у меня дело есть, а вы пока собирайтесь. Оденьтесь поочаровательнее, к лицу, — ну да вас этому не учить! Я к вам зайду, и мы вместе на четырехчасовом пароходе поедем. Может быть, на наше счастие, и Горелов на том же пароходе возвращается. Если спросит, скажем, что я встретил вас на бульваре и что вы едете к вологодской кружевнице в нашу слободку. Ладно?
Ленка отрицательно покачала головою и сказала:
— Сегодня не могу. Я сегодня вечером должна быть совсем в другом месте.
— Голубушка! — взмолился Шубников, — да разве же мыслимо откладывать! Надо торопиться во что бы то ни стало. Поймите, Леночка, — ведь он приехал сюда завещание писать. Надо сегодня же на него атаку произвести. А то ведь он завещание отдаст Вере, и это страшно затруднит дело. Теперь это можно тихим манером уладить, а тогда рабочие узнают и без большого скандала дело не обойдется.
— Да я сегодня не свободна, — отвечала Ленка.
— Плюньте вы на все! — кричал в азарте Шубников. — Поймите, время не ждет. Ведь за один вечер сегодня вы можете взять столько, сколько во всю жизнь не сможете достать.
Но Ленка хотела сначала повидаться с Верою и сказать ей об умысле Шубникова. Надобно было оттянуть хоть до завтра.
— Может быть, сегодня ему и не сделают, — спросила она. — Он такой страшно богатый, пока все по порядку перепишут, сколько времени пройдет! Лучше я завтра приеду.
Шубников подумал. Мефистофель скромно отошел в сторону, уступил место Сганарелю.
— Нельзя завтра, — досадливо сказал он. — А впрочем, вот мы что сделаем. Я зайду к нотариусу, там у меня знакомый человечек есть, он мне расскажет, как и что.