— Ужин вам принес, Леночка, — говорил он. — Так через полчасика Иван Андреевич припожалует.
— А что на фабрике? — спросила Ленка.
Шубников воззрился на нее сердито и тревожно.
— На какой фабрике? При чем тут фабрика!
Голос его дребезжал, карабкаясь и срываясь на всех ступенях неширокой гаммы. Ленка говорила с усмешкою:
— Я слышала, барабаны били, думала, солдаты пришли, забастовщиков унимать.
Шубников хмурился и злобно ерошил волосы.
— Какие там солдаты! — угрюмо бормотал он, и лицо его передернулось злою гримасою. — Это вы во сне видели, уж очень крепко заснули, надо полагать.
— А забастовка? — спросила Ленка.
Шубников совсем обозлился и задрожал мелкою дрожью.