Дмитрий Николаевич весело заговорил:
— А я тебя заждался и уже хотел было уходить. Да вот, благодаря Елене Сергеевне, не поскучал. Поболтали с ней, позлословили.
Алексей Григорьевич спрашивал с чувством странной ему неловкости:
— Ну, как твои дела? Рассказывай, где был, что видел.
Дмитрий Николаевич с веселым хохотом отвечал:
— Дела — табак! Кажется, все мои старания исполнить пожелания моих достопочтенных сограждан успехом не увенчаются и придется мне возвращаться восвояси с носом. Да и сказать по правде, наши отцы города затеяли ужасную ерунду, и вполне понятно, что из этого ничего не выйдет.
Алексей Григорьевич с удивлением спросил:
— Да разве это — не твоя инициатива?
Дмитрий Николаевич хохотал, и было в его смехе что-то наглое и циничное.
— Между нами говоря, — сказал он, — все они — ужасные моветоны и дурачье непроходимое. До пяти сосчитать не сумеют. Если бы не я и не мои постройки, город до сих пор тонул бы в грязи и во мраке. Жаль только, что на хорошие дела нужны хорошие деньги, а доставать хорошие деньги трудненько, даже и при моих финансовых способностях и при моей изворотливости.