Решётку тоскливо сжимая,
Горела, дрожала рука.
Рвануться вперёд — невозможно,
В темнице — и ужас, и мгла…
Мечта трепетала тревожно,
Но злобы зажечь не могла.
«Над безумием шумной столицы…»
Над безумием шумной столицы
В тёмном небе сияла луна,
И далёких светил вереницы,