- Разве ты забыл, как меня зовут, и кто я! Я - Турандина. Я - не милая барышня, а дочь короля Турандоне. Петр Антонович почему-то смутился и забормотал:
- Извините, пожалуйста, мадмуазель Турандина, - очень красивое имя, хотя совершенно не употребительное у нас. Но я хотел сказать вам следующее.
Опять Турандина перебила его, и сказала:
- Говори не нам, а мне. Мои оставили меня, и я здесь одна. Не говори со мною, как с одною из знакомых тебе барышень. Говори мне ты, как должен говорить верный рыцарь своей прекрасной даме.
Петр Антонович почувствовал в словах Турандины такую настойчивую силу, что не мог не повиноваться ей. И когда он, обратясь к своей спутнице, в первый раз назвал ее Турандиною и первый раз сказал ей ты, он вдруг почувствовал себя легко и просто с нею. Он говорил:
- Турандина, неужели у тебя нет с собою какой-нибудь одежды? Если ты придешь в дом моего брата в этой легкой сорочке, то мои родные будут шокированы этим.
Турандина улыбнулась и сказала:
- Не знаю. Разве этой одежды мало? Мне сказали, что в этом мешке лежит все, что мне может понадобиться среди людей. Вот возьми, посмотри сам, может быть, ты и найдешь там то, что хочешь.
С этими словами она протянула Петру Антоновичу свой мешок. Растягивая на тугом шнурке его верхнее отверстие, Петр Антонович думал:
"Хорошо, если догадались положить туда хоть какое-нибудь легкое платье".