Леша углом глаза глянул на нее, как-то бессмысленно засмеялся и сказал громко и отчетливо:
- Надю задавили. Она холодная.
И крупные по его лицу катились слезы, а бледные губы бессмысленно улыбались.
Катя молчала. Лицо ее стало синеть и глаза потухли.
Леша задыхался.
Его ноги ступили на что-то мягкое. Резкая вонь поднималась с земли. Что-то, тяжело хрипя, ворочалось внизу.
- Воняет! - говорил сзади Леши странно равнодушный голос. - Бабу свалили, живот ей выдавили.
Посинелое Катино лицо странно, безжизненно поникло. Леше стало вдруг холодно.
XVI
- Шесть часов, - сказал кто-то.