— Я категорически откажусь. По семейным обстоятельствам я должна остаться в Москве. Разве за эти пять лет еще не создан определенный штат переводчиков. Ведь многие окончили Институт Иностранных Языков, кажется, достаточно надежная смена нам, старым интеллигентам.
— Я тоже не хотела бы ехать, но Гурман настаивает. Вряд ли удастся отвертеться.
— Одна надежда на Слуцкого. Если мы его попросим, он может нас просто не пустить.
В это время дверь отворилась и вошел Слуцкий. Как всегда утром, не выспавшийся и потому хмурый и раздражительный. Я решила воспользоваться этим его настроением:
— Григорий Юльевич, Гурман звонил, что хочет забрать меня и Лидию Максимовну для работы с делегациями,
— Что? Гурман? Ни в коем случае! Опять этот нахал у меня работниц сманивает! Вместо того, чтобы самому создать штат, он все на чужой счет норовит. Не пущу.
Мы с Израилевич переглянулись. Ей, работавшей уже около четырех лет с делегациями, надоело ездить вечно по одним и тем же маршрутам. Вроде блаженной памяти Софьи Петровны — она что то раз одиннадцать побывала в Кисловодске.
Раздался резкий звонок. Слуцкий схватился за телефонную трубку. Через секунду его близорукие и обычно сощуренные глаза округлились и едва не вылезли из орбит от гнева. Произошел следующий диалог, одной стороны которого слышно не было, но о смысле ее легко было можно догадаться.
— Да, Слуцкий.
— …